Версия для печати   

ЧВК и гуманитарные операции


По теме: Безопасность
Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 |


Однако, в условиях постоянно продолжающегося насилия, таких как запугивание, похищение людей, травмы и смерти многие НПО приостановили или полностью закрыли свои гуманитарные операции. Но с точки зрения государства, и многих критиков НПО, декларирование насилия, как причины для прекращения деятельности является неуместным.
Во-первых, с середины 1990-х годов, стала ясно, что гуманитарная деятельность, независимо от любых связей с иностранными государствами, сталкивается с насилием. Многие аналитики писали, что субъекты, участвующие в конфликте часто рассматривают гуманитарную помощь как источник ресурсов, которые необходимо брать под контроль. Любые ресурсы, в том числе и гуманитарная помощь представляют собой экономические богатства и служат источником политической власти. Стороны, участвующие в военных действиях всегда хотят их контролировать. Было бы странно, если конфликтующие стороны не стремились взять под контроль экономические богатства. Во-вторых, стороны, изначально участвующие в конфликте, как государственные, так и негосударственные, часто плохо дисциплинированны и, как следствие, не уважают гуманитарной этики. Современные конфликты зачастую не регулируются формальными правилами ведения войны. Ушла в прошлое сплоченность среди комбатантов, вызванная следованию определенным идеологическим целям, а на ее место пришла преступность, жадность и обида. Наконец, новый век показал новую тенденцию: работники гуманитарных организаций зачастую ассоциируются с государством, которое их финансирует. Участники многих конфликтов имеют простое и, по своему логичное обоснование насилия по отношению к сотрудникам НПО, например: «исламисты убивают сотрудников гуманитарных организаций, просто за то, что они являются неверными». Более того, в более широком контексте, сотрудники НПО оцениваются участниками конфликта на наиболее доступные цели.

В общем, такой подход и подъем уровня насилия в отношении НПО стал прямым следствием политики стран-доноров, в основном США. Высокопоставленные американские чиновники уделяли большое внимание присутствию сотрудников НПО в зонах конфликтов. Министр обороны США Дональда Рамсфелда считал, что, НПО были настолько важны, что они должны быть «встроены» в военную силу Америки. К большому огорчению многих гуманитариев, в 2001 году тогдашний государственный секретарь США Колин Пауэлл подчеркнул, что НПО является «мультипликатором силы» и частью «боевой группы».

Отношение американских военных к деятельности НПО было зачастую скептическим. Командир 101-й дивизии, затем генерал-майор Дэвид Петреус был резок в своей оценке НПО: «НПО вызывали разочарование… они очень быстро исчезали, если возникала малейшая опасность». Аналогично, в 2004 году Эндрю Натсиос — главный администратор USAID, угрожал разорвать контракты с НПО и найти новых партнеров, если НПО не будут поддерживать цели политики США».

Все это дало новые возможности для развития деятельности ЧВК.

Во-первых, в общих чертах, диверсификация бизнеса, в результате которой клиентами ЧВК могут стать многие развитые государства мира является коммерчески выгодным. В 1990-х военные компании, такие как «Executive Outcomes» фиксировали снижение прибыли. Порой, оплата их услуг могла быть отложена, потому что состояние бюджета государств-заказчиков было плачевным, потому, что некоторые ресурсы и места их добычи находились под контролем повстанческих сил. Кроме того, быстрые изменения в правительстве или потеря контролируемой территории могла быстро уменьшить возможность вознаграждения. В отличие от таких нестабильных режимов, развитые государства мира, как клиенты имеют гарантированную платежеспособность. Кроме того, включение ЧВК в «интегрированные государственные решения» повышают легитимность ЧВК и предполагает более высокий уровень доверия к ним. Если многие из великих держав мира будут использовать ЧВК в своих комплексных подходах по решению тех или иных проблем и публично признают их вклад, награждая их персонал и официально скорбя о смерти сотрудников ЧВК, то в ближайшие годы параллель между понятиями «наемник» и «ЧВК» попросту исчезнет. Действительно, как отметили в 2006 году в своем обзоре сотрудники Пентагона, частные военные подрядчики являются «частью полной силы оборонной стратегии». Короче говоря, в настоящее время НПО уклоняются от интеграции с государственной структурой и политикой страны, а охранные структуры, наоборот, стремятся к такой интеграции.
Во-вторых, при специфическом отношении к доставке гуманитарной помощи со стороны многих участников конфликта, ЧВК, возможно позволит гуманитарным операциям быть более устойчивыми. С одной стороны мы помним множество актов насилия в отношении сотрудников НПО, а с другой стороны мы помним и потери со стороны сотрудников ЧВК. Конечно, можно считать проведение такого равенства нелогичным: движущей силой гуманитарных НПО является чувство альтруизма, в то мотивами деятельности ЧВК является извлечение прибыли. Если уровень насилия возрастает, одной из проблем может быть, что ЧВК может посчитать дальнейшее исполнение своих обязательств коммерчески нежизнеспособным. Однако, несмотря на это логическое обоснование, представители частного военного бизнеса зарекомендовали себя достаточно устойчивыми даже при наличии потерь. Хотя та же ЧВК «Executive Outcomes» потеряла 20 человек во время операции в Анголе с 1993 по 1995, она не прекратила исполнения своих обязательств. Это выгодно отличает «наемников», традиционно считающихся «трусливыми и продажными» не только от гуманитарных организаций, но и, в некоторых случаях, от государственных вооруженных сил: например, решение США отказаться от продолжения миссии в Сомали в результате инцидента, произошедшего в октябре 1993 года и показанного в фильме «Black Hawk Down». В разгар оккупации Ирака, ЧВК Armor Group и DynCorp International потеряли более 20 человек во многом в результате враждебных действий, и все же не свернули свою деятельность. А с другой стороны, Испания отказалась от участия в миссии в Афганистане и вывела свои войска после взрыва поездов в Мадриде.

Учитывая, что вследствие неготовности коалиционных сил в Ираке возложить себя ответственность за защиты НПО, ЧВК уже заполнили эту нишу через контракты с гуманитарными организациями, следующим шагом для ЧВК стало бы непосредственное оказание гуманитарной помощи.
Исторически сложилось так, что гуманитарная акция состоит из мероприятий имеющих определенный нормативный смысл. Продукты питания и медицинская помощь должны были быть поставлены без политической предвзятости и на основе имеющихся потребностей, причем произойти это должно в разгар кризиса или конфликта. Это право на гуманитарную помощь должно воспринимается как самоцель, а не как средство для достижения цели. В настоящее время, однако, все больше государств использует гуманитарную помощь как средство для достижения определенных политических целей. Практика показывает нам, что многие государства преднамеренно усиливают уровень государственной гуманитарной активности и применяют этот метод вместе с использование военных инструментов. Гуманитарные операции в период после 911 стало необходимо не только охранять, но и их начали использовать в качестве инструмента внешней политики. В этом контекст взаимодействия с коренным населением в зонах конфликтов имеет стратегическое, оперативное и тактическое значение. Стратегически, гуманитарные операции являются инструментом Запада, с помощью которого он может показать миру, и особенно мусульманскому населения, что операции эпохи «войны с террором» не направлены против невинных гражданских лиц в зонах конфликта. Рассмотрим, например, многочисленные гуманитарные поставки, которые проводились в разгар военных действий в Афганистане в 2002 и 2003 годах. В оперативном и тактическом плане, гуманитарная помощь стала ценным инструментом, особенно в руках военных, в целях достижения успехов операций, проводимых против повстанцев и содействия программы «завоевания сердец и умов». Оказываемая гуманитарная помощь делает местное население более лояльным и тем самым способствует сохранению жизней своих солдат и поощряет население к сотрудничеству с войсками коалиции. Принимая во внимание полезность этих мероприятий, такие действия включаются в военные доктрины многих развитых стран, подчеркивая важность военно-гражданского сотрудничества.
Но такие доктринальные разработки имеют двоякий конечный результат. Во-первых, западные правительства, в частности, часто рассматривают свои вооруженные силы как самое безопасное средство доставки целевой помощи. Во-вторых, в современном контексте видение определения гуманитарной расширено почти до неузнаваемости: сам смысл гуманизма стал неуловимым, становясь не более чем инструментом утверждения нового международного порядка. Поскольку определение гуманизма была размыто, определение субъектов гуманитарной деятельности стало более сложным. Их список значительно изменился в последние годы, и включает в себя новые, часто незнакомые лица. Интеграция гуманитарной деятельности в общий процесс оккупации страны приводит к тому, что НПО уже опасаются путаницы, которая может возникнуть у местного населения. «Интегрированный подход» подрывает три основных принципа гуманитарной этики: независимость, нейтралитет и беспристрастность. И именно поэтому появляется возможность для частных охранных предприятий присоединиться к реестру организаций, занимающихся гуманитарными операциями. Во-первых, у ЧВК (в отличии от НПО) не имеется моральных препятствий участия в таких операциях. Во-вторых, в то время как многие НПО просто не смогут работать в небезопасных районах, ЧВК как раз могут поддерживать и даже заменять военные подразделения в проведении гуманитарной деятельности в «горячих точках». Кроме того, несмотря на очевидную полезность участия правительственных военных частей в гуманитарных вопросах, многие военные чиновники все еще скептически относятся к этому вопросу. Многие военачальники считают, что солдаты должны только сражаться, а другие задачи должны выполнять другие формирования. Рассмотрим снова слова Колина Пауэлла, на этот раз, когда он был председателем американского Объединенного комитета начальников штабов: «Вооруженные силы Соединенных Штатов предназначены для борьбы и победы в войне. Мы можем делать и другие вещи, мы можем оказывать гуманитарную помощь, мы можем ликвидировать последствия стихийных бедствий, и все остальное, но не за счет нашей основной миссии». Учитывая такого рода проблемы, ЧВК могут заполнить пустоту, которая образуется из-за определенных идеологических соображений. Заглядывая в будущее, даже с некоторыми оговорками в отношении связи военных частей и гуманитарных операций, вполне вероятно, что персонал ЧВК практически идеально подходит на роль силы, обеспечивающей проведение гуманитарных операций в рамках «интегрированного подхода».
Такое расширение поля деятельности для ЧВК важно рассматривать и в историческом контексте. Быстрый рост промышл  >>>

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 |    

oxrana1.ru
2014-03-22 22:11:42




Версия для печати |  Вернуться назад |  Поиск статей












Вакансии этого дня

Электромонтажник ОПС з/п не указана
Охранник на дневные смены от 40000 до 45000 руб
Охранники на завод Эллада от 20000 руб

Новые вакансии

Водительот 65000 руб
Охранникот 55000 руб
Упаковщикот 58000 руб
Комплектовщикот 58000 руб
Грузчикот 48000 руб



Работа в ЧОП «ПЕТЕРБУРГ-БЕЗОПАСНОСТЬ»
  • Работа в ЧОП «ПЕТЕРБУРГ-БЕЗОПАСНОСТЬ»
Работа в группе компаний «Интегрированная безопасность» Москва
  • Работа в группе компаний «Интегрированная безопасность» Москва
Работа в ЧОП ФСК, г.Казань
  • Работа в ЧОП ФСК, г.Казань